В России живем…
Жителям посёлка Ис все равно. Им плевать на то, что ногами они ходят по золоту, а в туалет ходят на мороз
Ещё недавно здесь было красиво. Текла спокойная речка в которой при безветренной погоде отражались облака. Заросшие березками и осинками острова «плыли» по зеркальной глади. На этих островах мы собирали землянику и грибы, которых там было много даже в самый негрибной год.
Река Ис. Так было раньше
В заводях плескалась рыба. Я не любитель рыбалки, мне просто нравилось слушать этот плеск. Здесь было много чаек, можно было запросто увидеть выдру или ондатру, что для нас, городских, было просто удивительно. Красиво… Река называется Ис. К сожалению, это река не простая, а золотая. В прямом смысле. Именно поэтому я рассказываю о милых моему сердцу вещах в прошедшем времени.
Её было слышно издалека. Она стояла в нескольких километрах от поселка. Днём никто не задумывался о том, что она есть, но ночью… Ночью тихо и любой посторонний звук кажется потусторонним, особенно если это лязг и скрежет. Я называла это «звуками из преисподней», они доносились со стороны реки, если открыть форточку. Но её саму не было видно. Пока…
Она несколько лет подбиралась к посёлку. И вот прошлым летом она оказалась практически в нашем огороде. Она — это драга. Всего лишь плавучее сооружение для добычи золота. И на этой мини-фабрике работают обычные люди. Но для меня она всегда будет чем-то сродни сказочному чудовищу, злому, беспощадному, оставляющему после себя пустыню. С той лишь разницей, что в сказках чудовище обычно гибнет от руки богатыря/рыцаря/прекрасного принца, а в нашей истории всё печально.
В детстве я не знала, что такое драга, но прекрасно помню рассказ моей бабушки. В 1933 году ей было 16 лет — совсем еще девчонка. Время было тяжелое и детей старались устроить на работу как можно раньше. Да и работа была не из лёгких — сварщицей на драге. Разработка тогда велась на старом кладбище. Бабушка рассказывала, что в дражных отвалах валялись кости и черепа. Однажды выпало ей работать в ночную смену. Обычно в смене народу немного, а тут и вовсе — она да начальник.
Так стало сегодня
Начальник дал ей задание и сказал, что быстро домой съездит, туда и обратно, дела, мол, у него там неотложные. Уехал и с концами. Страшно ей тогда было. Ночь, вокруг кости человеческие и она одна. Чтобы совсем не свихнуться, она стала работать. Надела маску — и вперёд. Всю ночь варила и всё ей казалось, что за спиной кто-то стоит, а оглянуться боялась. В ту ночь у неё виски стали седыми.
Может быть из-за этой истории, услышанной в детстве, я и отношусь к драге, как предмету одушевлённому, воплощению зла и страха.
Но просто, надо видеть, как губится природа, которая восстанавливалась десятилетиями. Да, это далеко не первый раз, когда река полностью перепахивается. Из книги Высоцкого «Месторождения платины Исовского и Нижнетагильского районов на Урале» (издание 1913 года): «К настоящему времени первобытный характер долины если и сохранился, то только в самых верховьях, в основном же русло речки и борта вывернуты, как шуба, наизнанку и представляют собой весьма неблагоприятную картину».
Прошло пятьдесят лет, потом ещё пятьдесят и через пятьдесят лет будет тоже самое. Эпоха золотопромышленников сменилась эпохой государственной собственности на добычу. В 90-х прииск приватизировали, затем обанкротили, драги оказались в частных руках. Меняются хозяева, но не меняется отношение. Я бы хотела этого не знать. Не помнить, что на месте этой пустыни, этих коричневых овалов отработанного грунта, этой мутной мёртвой воды, совсем недавно было красиво.
Наверное, золото очень нужно государству и тому, кто его добывает. Я понимаю, что по другому его из земли не вытащить. Я даже верю, что люди на драге работают хорошие, может быть, даже им самим не нравится то, что они творят с рекой.
Но у первых прибыль большая, у вторых зарплата немаленькая. А жителям посёлка просто все равно. Плевать им на то, что ногами они ходят по золоту, а в туалет ходят на мороз. Когда-то поселок Ис считался очень богатым, благодаря такой специфичной промышленности. Был там геологоразведочный техникум — сгорел, клуб с кинотеатром — сгорел, здание вокзала — не функционирует, парк с фонтаном и качелями — в непрезентабельном состоянии. Хотя, последний местная администрация пыталась реанимировать.
Зато здесь есть большой магазин самообслуживания и кафе, принадлежащие местному «магнату», благодаря которому посёлок ещё не совсем загнулся. Мне только непонятно, почему люди, которые с этого золота ничего не имеют, могут спокойно смотреть на весь этот ужас и ничего не делать.
Часто слышу о крупных штрафах за незаконную вырубку нескольких деревьев на улице какого-нибудь города, здесь же не просто деревья повырубали, здесь вообще всю экосистему уничтожили и никому никакого дела. Вот бы посчитать и сравнить прибыль, полученную от добычи и ущерб, нанесённый природе. Восстанавливать, разумеется, никто ничего не будет. В России живём.
Очень хорошее письмо. Спасибо автору. Планета -это живой организм. На любые раны и боль она реагирует землетрясениями и прочими катаклизмами. Люди не хотят ничего слышать, за что поплатятся.
Вот где надо создавать туризм! Назвать неделю в палатках » откопай самородок» *CRAZY*
Природу — не жалко. Жалко то, что все богатства, изъятые из реки не пойдут на пользу людям, ни живущим на Ису, ни другим гражданам страны. Как обычно все про*рут
»![smile](data:image/svg+xml,%3Csvg%20xmlns=%22http://www.w3.org/2000/svg%22%20viewBox=%220%200%20210%20140%22%3E%3C/svg%3E)
Как обычно все про*рут
наоборот , всё пустят в дело
не тот случай